Тарас Шевченко в его неукротимом порыве к справедливости и гуманизму

09.03.19

 «Всей своей жизнью, всей своей поэзией Шевченко показал, как может быть силён и мужествен человек, как он может быть неподкупен, как велика его честность, как страшен его гнев и как непреклонна его воля к свободе и независимости, – писал Михаил Зощенко в книге „Тарас Шевченко“ (1939) из фонда Президентской библиотеки. – Всей своей жизнью и работой он показал, какие чудовищные преграды может преодолеть человек для достижения своей цели. Жизнь Шевченко – это повесть о том, что такое искусство, как оно велико, какие препятствия оно может преодолеть и какой страх оно может внушить врагам».

9 марта 2019 года исполняется 205 лет со дня рождения Тараса Григорьевича Шевченко, крупнейшего поэта, художника, изучавшего азы изобразительных искусств в Академии художеств в Санкт-Петербурге, яростного противника крепостного права. На портале Президентской библиотеки можно ознакомиться с обширной коллекцией «Т. Г. Шевченко (1814–1861)», материалы для которой были предоставлены в том числе Национальной исторической библиотекой Украины и Днепропетровской областной универсальной научной библиотекой. Коллекция включает в себя сочинения Тараса Шевченко; монографии, очерки и статьи, посвящённые его жизни и творчеству. Стоит отметить, что издания представлены на русском и украинском языках.

Структурно коллекция представляет собой разделы «Произведения Т. Г. Шевченко», «О Т. Г. Шевченко», «Биографические материалы, литературная критика и публицистика», «Т. Г. Шевченко – художник и археолог», «Память о Т. Г. Шевченко».

«Родился будущий поэт в селе Моренцы Звенигородского уезда в семье крепостных, – рассказывает Пётр Альтман в книге „Т. Г. Шевченко“ (1939) из фонда Президентской библиотеки. – От своего деда Ивана Шевченко не раз слышал Тарас рассказы о народном гневе, борьбе против польской шляхты, о народном движении, вошедшем в историю под названием „Колиивщина“». Маленький Тарас любил воспоминания и песни своего деда о прошлом, они глубоко запали в детскую душу, он их потом использовал при написании поэмы «Гайдамаки». Про «бедную украинскую хату с почерневшей соломенной крышей», где провёл детские годы Тарас Шевченко, крепостной жестокого помещика Энгельгардта, пишет и Михаил Зощенко в книге «Тарас Шевченко».

В «Дневнике» (1939) Тараса Шевченко автор предисловия пишет: «На восьмом году, лишившись отца и матери, приютился он у дьячка в школе в виде школяра-попыхача. По многотяжком двухлетнем испытании прошёл он граматку, часословец и, наконец, псалтырь. Дьячок, убедившись в крепости ума ученика, посылал его вместо себя читать псалтырь по усопших крепостных душах, за что и платил ему десятую копейку, яко поощрение». Но однажды ночью школяр-попыхач без зазрения совести сбежал от своего наставника и благодетеля.

Энгельгардт часто выезжал в Киев, Вильну и другие города и брал с собой «казачка» Тараса, в обязанности которого входило сидеть и ждать, когда пану понадобится подать трубку или стакан воды. «Как-то в Вильно, – пишет в упоминавшейся выше книге „Т. Г. Шевченко“ исследователь Альтман, – Тарас зажёг свечу и стал срисовывать с лубочной картины казака Платова и так увлёкся, что не заметил, как вошёл хозяин. „Он жестоко выдрал меня за уши и надавал пощёчин, – писал позже Шевченко. – На следующий день он приказал кучеру Сидорке выпороть меня хорошенько, что и было выполнено с надлежащим усердием“».

В начале 1831 года Шевченко с обозом Энгельгардта прибыл в Петербург. Помещик, желая иметь по моде того времени собственного домашнего живописца, «законтрактовал» Тараса на четыре года к «разных живописных дел мастеру» маляру Ширяеву. Сложно жилось ему и у нового хозяина. Жил на чердаке, питался плохо и выполнял тяжёлые работы.

«Единственным утешением и наслаждением, – пишет Альтман, – были светлые петербургские ночи, когда Тарас ходил в Летний сад и рисовал там с натуры. За этим занятием застал его летом 1835 года украинский художник Иван Максимович Сошенко, живший в Петербурге. Они подружились. С помощью Сошенко Тарас познакомился с секретарём Академии художеств Григоровичем, а через некоторое время и с известным русским поэтом В. Жуковским, русскими художниками К. Брюлловым и А. Венециановым. Блестящий талант самоучки Шевченко удивлял и очаровывал их. Было также очевидно, что крепостная зависимость от самодура-помещика губит его талант, и нужно добиться его освобождения от крепостной зависимости».

Владимир Друнин в издании «Тарас Шевченко» (1928) продолжает историю освобождения самородка из Малороссии от крепостной зависимости: «Жуковский и Брюллов обратились к Энгельгардту с просьбой отпустить Шевченко на волю, чтобы таким образом сделать возможным его поступление в академию. Но Энгельгардт потребовал за его освобождение 2 500 руб. Таких денег ни Брюллов, ни Жуковский заплатить не могли. По словам Сошенко, Тарас тогда особенно чувствовал горечь своего положения крепостного раба, а когда услыхал об отказе Энгельгардта отпустить его на волю, то грозился убить его. Брюллов сам ходил к помещику, но жадный сатрап всё набивал цену и потешался над доводами художника».

Друзья изыскали-таки способ найти деньги. Брюллов написал прекрасный портрет Жуковского. Его разыграли в частной лотерее, и за вырученные 2500 рублей купили Шевченко свободу. Этот произошло 22 апреля 1832 года.

Как оказалось, малоросский художник не в меньшей степени был гениальным поэтом, стихийно осознававшим силу правдивого художественного слова. «Я и сам думал, – писал Тарас Шевченко в 1857 году, – что живопись – моя будущая профессия и насущный хлеб, но, вместо того, чтобы изучать глубокие таинства живописи под руководством такого учителя, как бессмертный Брюллов, я задумывался и лелеял в сердце своём кровожадных „Гайдамаков“. Передо мной расстилалась степь, усеянная курганами. Предо мной красовалась моя прекрасная, моя бедная Украина во всей непорочной, меланхолической красоте своей…» – рассказывает упоминавшийся выше Друнин в книге «Тарас Шевченко».

В 1840 году была издана первая книга Шевченко «Кобзарь», в которую вошли широко известные стихи «Думы мои, думы», «Катерина», «Для чего мне чёрны брови» и др. Бесспорно выдающееся событие для литературы – «так это было сильно, оглушительно, необычайно и действенно», – пишет Зощенко в книге «Тарас Шевченко». Нашлись, однако, критики, и серьёзные, которые отказали «мужицкому поэту» в праве принадлежности к поэтическому Парнасу. И только прозорливец Добролюбов, не оглядывавшийся на авторитеты, написал о Шевченко: «Он – поэт совершенно народный, такой, какого мы не можем указать у нас. Даже Кольцов не идёт с ним в сравнение… У Шевченко весь круг его дум и сочувствий находится в совершенном соответствии со смыслом и строем народной жизни. Он был больше, чем украинец; бывший крепостным, он встал вровень с просвещённым русским. Он вышел из народа, жил с народом, и не только мыслью, но и обязательствами жизни был с ним крепко и кровно связан».

«О люди бедные земные!/ Зачем же нужны вам цари?/ Зачем же нужны вам псари?/ Ведь люди ж вы, а не борзые!» – восклицал Шевченко.

Такая поэзия не могла пройти мимо императора Николая I и ведомства Бенкендорфа. В 1848 году Тараса Шевченко «за сочинение возмутительных и в высшей степени дерзких стихотворений» отправляют в ссылку рядовым в Оренбургский отдельный корпус, свидетельствует Александр Скворцов в издании «Жизнь художника Тараса Шевченко» (1929). «Под строжайший присмотр, запретив писать и рисовать», – добавил российский император Николай I.

«Несколько месяцев поэт сидел в Орской тюрьме в ужасных условиях, без всякой надежды на то, что к нему отнесутся снисходительно, – отмечает Зощенко в книге „Тарас Шевченко“. – Последовавший за всем этим вердикт подтвердил опасения узника: „Отправить Шевченко в места ещё более отдалённые, в Новопетровское укрепление, и там держать его под строжайшим надзором...“».

В 1855 году умер Николай I. Петербургские друзья делают всё, чтобы освободить Шевченко от военной службы. Осенью 1857 года Тарас Григорьевич оставил место ссылки. «Но чувство тоски его не покидало, – отмечает Зощенко, – семь лет назад его везли в Новопетровский порт, и он был молод и силён. Сейчас та же лодка увозила на вольный берег седого угрюмого старика».

В Петербург Тарас Шевченко вернулся в 1858 году, где его ждали друзья – художники, литераторы, издатели; его наперебой приглашали в знатные столичные дома, сообщает журнал «Исторический вестник». После одного из таких посещений Тарас Григорьевич счёл нужным записать в своём дневнике: «Н. Д. Старов прислал М. Лазаревскому написанное слово, сказанное им в мою честь на обеде графини Н. И. Толстой. Как вещь, дорогую для меня, заношу его в мой журнал.

„Признательное слово Т. Г. Шевченку.

Несчастие Шевченка кончилось. А с тем вместе уничтожилась одна из вопиющих несправедливостей. Мы не нарушим скромности тех, чьё участие способствовало этому добру… Мы скажем, что нам отрадно видеть Шевченка, который среди ужасных, убийственных обстоятельств, в мрачных стенах казармы, не ослабел духом, не отдался отчаянию… Шевченка своими страданиями поддержал то святое верование, что истинно нравственную природу человека не в силах подавить никакие обстоятельства!..

12 апреля 1858. Н. Старов“».

Увы, счастье насладиться в полной мере свободой, общением с друзьями, возможностью строить творческие планы было недолгим. В 1860 году Тарас Григорьевич Шевченко скончался от тяжёлой болезни.

 

Категории: